Постановление пленума верховного суда комментарии

Предлагаем ознакомиться с тематической статьей, в которой полностью освящен вопрос: постановление пленума верховного суда комментарии. Если после прочтения останутся дополнительные вопросы или уточнения, то обратитесь к дежурному юристу.

Постановление Пленума ВС РФ от 20 сентября 2018 года о судебной практике по уголовным делам экстремистской направленности

Пленума Верховного Суда

20 сентября 2018 г.

О внесении изменений в постановление Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 года № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»

В связи с возникшими в правоприменительной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», постановляет внести в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 года № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности (в редакции постановления Пленума от 3 ноября 2016 года № 41) следующие изменения:

1) пункт 1 дополнить абзацем следующего содержания:

«Обратить внимание судов на то, что гарантированные Конституцией Российской Федерации и международно-правовыми актами свобода мысли и слова, а также право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом могут быть ограничены только в исключительных случаях, прямо закрепленных в федеральном законе, в той мере, в какой это необходимо в демократическом обществе в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, территориальной целостности (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, часть 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, часть 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).»;

2) дополнить пунктом 2 1 следующего содержания:

«2 1 . При рассмотрении в порядке статьи 125 УПК РФ жалобы на постановление о возбуждении уголовного дела о преступлении экстремистской направленности суду необходимо тщательно проверять наличие не только повода, но и основания для возбуждения дела, что предполагает представление в суд материалов, содержащих достаточные данные, указывающие на признаки соответствующих преступлений.

Обратить внимание судов, что с учетом содержания диспозиции статьи 282 УК РФ к таким данным относится не только сам факт размещения в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети изображения, аудио- или видеофайла, содержащего признаки возбуждения вражды и ненависти, унижения достоинства человека либо группы лиц по признакам, указанным в данной статье, но и иные сведения, указывающие на общественную опасность деяния, мотив его совершения.»;

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

а) дополнить абзацем вторым следующего содержания:

«Размещение лицом в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети, в частности, на своей странице или на страницах других пользователей материала (например, видео-, аудио-, графического или текстового), созданного им самим или другим лицом, включая информацию, ранее признанную судом экстремистским материалом, может быть квалифицировано по статье 282 УК РФ только в случаях, когда установлено, что лицо, разместившее такой материал, осознавало направленность деяния на нарушение основ конституционного строя, а также имело цель возбудить ненависть или вражду либо унизить достоинство человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии либо принадлежности к какой-либо социальной группе.»;

б) абзацы второй, третий, четвертый и пятый считать абзацами третьим, четвертым, пятым и шестым;

в) абзац третий изложить в следующей редакции:

«При решении вопроса о наличии или отсутствии у лица прямого умысла и цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, форму и содержание размещенной информации, ее контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в том числе о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и пользовательской аудитории, данные о его личности (в частности, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объем подобной информации, частоту и продолжительность ее размещения, интенсивность обновлений.»;

4) дополнить пунктом 8 1 следующего содержания:

«8 1 . Обратить внимание судов на то, что при правовой оценке действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по соответствующим признакам, судам следует исходить из характера и степени общественной опасности содеянного и учитывать положения части 2 статьи 14 УК РФ о том, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

При решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, то есть не представляющим общественной опасности, судам необходимо учитывать, в частности, размер и состав аудитории, которой соответствующая информация была доступна, количество просмотров информации, влияние размещенной информации на поведение лиц, составляющих данную аудиторию.»;

5) пункт 23 дополнить абзацем шестым следующего содержания:

«При оценке заключения эксперта по делам о преступлениях экстремистской направленности судам следует иметь в виду, что оно не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами. При этом вопрос о том, являются те или иные действия публичными призывами к осуществлению экстремистской деятельности или к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, а также возбуждением ненависти либо вражды, а равно унижением человеческого достоинства, относится к компетенции суда.».

Источник: http://www.sova-center.ru/misuse/docs/2018/09/d40044/

Разъясняли целый год: все постановления Пленума Верховного суда

Как назначать принудительные работы, когда одно наказание нужно заменить другим, и заключить под стражу человека, который скрывается от уголовного наказания, – разъяснения по этим вопросам дал Пленум Верховного суда. «Само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя или наркотиков, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание», — подчеркнул ВС.

Постановление разъясняет судебную практику по уголовным делам о нарушении конституционных прав и свобод граждан. Его положения разъясняют, как правильно наказывать работодателей за задержку зарплаты подчиненным, что считается тайной переписки и какое помещение считается жилищем, а какое – нет.

С 1 июня 2018 года институт присяжных заседателей появился в районных и военных судах. Но для того, чтобы они начали функционировать, Верховный суд еще в феврале разъяснил, как должны составляться списки присяжных. Эти разъяснения пригодятся и в будущем — ведь такие списки будут формироваться каждые четыре года.

В постановлении о практике рассмотрения дел, связанных с нарушением условий содержания заключенных, Пленум ВС разъяснил права заключенных на гуманное обращение, запретил предоставлять привилегии отдельным гражданам и напомнил, как можно компенсировать плохие условия в колонии.

Читайте так же:  Анонимная жалоба в военную прокуратуру

Статья, которая позволяет сменить категорию преступления на предыдущую, менее тяжкую, появилась в 2011 году, но суды редко ее используют. В то же время от категории зависят сроки условно-досрочного освобождения или погашения судимости, вид колонии и так далее. Пленум Верховного суда дал разъяснения, которые ориентируют суды в каждом случае оценивать возможность «смягчения» категории. По задумке разработчиков, это поможет индивидуализировать и гуманизировать наказания.

В постановлении Пленум ВС разъясняет, как, кому и зачем оспаривать законы, другие нормативно-правовые акты и разъяснения законодательства, обладающие нормативными свойствами. Верховный суд выделил признаки, которые характеризуют нормативный правовой акт, разъяснил правила подачи административного иска и привлечения госорганов к делу, а также разъяснил, какие последствия наступят при успешном обжаловании.

В этом постановлении Пленум ВС дал разъяснения об особенностях формирования и распределения конкурсной массы в банкротных делах граждан. В числе прочего Верховный суд рассказал, когда у гражданина в банкротстве не заберут квартиру, даже если она в ипотеке. Кроме того, дается ответ на вопрос, сколько денег суд может оставить банкроту после распродажи его вещей.

Пленум Верховного суда разъяснил, как применять законодательство, относящееся к работодателям-физлицам и микропредприятиям. Основная идея Постановления — работодатели обязаны заключать официальные трудовые договоры, позволяющие обеспечивать права работников.

Постановление ориентирует суды по возможности сохранять юридическую силу договоров, в том числе тогда, когда не соблюдены некоторые формальности, но участники подтвердили действительность соглашения. Пленум также разъясняет судам, как разрешать споры о предварительных и публичных договорах и как расценивать заверения об обстоятельствах.

В 2003 году конфискация имущества перестала быть наказанием по уголовным делам и стала принудительной мерой уголовно-правового характера. Это породило ряд вопросов. Будет ли взятка конфискована в пользу государства? А если она передавалась под контролем правоохранительных органов? Какое имущество можно забирать вне зависимости от состава преступления? Эти — и многие другие — вопросы относительно взыскания имущества Пленум ВС разъяснил в тематическом постановлении.

Подход к оспариванию крупных сделок и сделок с заинтересованностью в ходе законодательных реформ «существенно изменился», в связи с чем Верховный суд решил актуализировать разъяснения на эту тему. В июньском постановлении Пленум рассказал о сроках исковой давности для споров вокруг таких сделок, выделил количественные и качественные их критерии и распределил бремя доказывания между истцами и ответчиками, разъяснил сроки исковой давности.

Как правильно согласовать митинг с местными властями, как себя на нем вести, чтобы не оказаться в автозаке, и как отстоять свои интересы в суде, если что-то пошло не так, – на эти и другие вопросы Пленум Верховного суда ответил в июне. Тематическое разъяснение условно можно разделить на две части, первая из которых пригодится организатором массовых мероприятий, а вторая разъясняет правила поведения для тех, кто на эти митинги ходит — или не хочет идти, но начальство заставляет.

Постановление с разъяснениями о перевозке автомобильным транспортом обобщило судебную практику последних лет. В нем Пленум ВС разъяснил, кто ответит за поврежденный багаж, является ли потерянный билет основанием для отказа в перевозке и как быть, если транспорт сломался, а впереди еще полпути. Кроме того, Верховный суд отметил: если пассажир испачкал свою одежду о грязные сиденья в такси, то с перевозчика можно требовать компенсацию причиненного вреда.

В сентябре Верховный суд признал: признание нормативно-правового акта недействующим или его отмена могут послужить новым обстоятельством для пересмотра судебного решения вне зависимости от того, с какого момента данный нормативный правовой акт признан недействующим.

Свобода слова – превыше всего, а при её ограничении нужно учитывать множество различных факторов. Так Пленум ВС рассудил в сентябре, внося изменения в свое постановление об «экстремистских» делах. Разъяснения наказаний за репосты и лайки в интернете вышли на фоне ряда громких уголовных дел. Одна из главных позиций — завести уголовное дело о возбуждении ненависти в интернете можно лишь в случае, если нарушитель добивался именно возбуждения ненависти.

В апреле президент Владимир Путин ужесточил ответственность за происшествия на опасных производственных объектах. Спустя полгода они вступили в силу, в связи с чем Пленум Верховного суда облегчил судам рассмотрение дел по трем профильным статьям Уголовного кодекса и дал необходимые разъяснения. Например, о том, кто может быть потерпевшим, а кто — виновным.

Источник: http://pravo.ru/story/207871/

Постановление пленума верховного суда комментарии

«Журнал Суда по интеллектуальным правам», № 24, июнь 2019 г., с. 16-20

Принятое недавно постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), повлекшее признание не подлежащим применению, в частности, постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г. № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», — содержит 6 пунктов, касающихся проблематики доменных споров – это п. 33, 78, 158, 159, 160, 161. В настоящей работе дан анализ их содержания, чтобы определить, какие новации закреплены этими пунктами и какие последствия они могут иметь на практике.

1. Пункт 33 Постановления № 10 дает однозначный – отрицательный – ответ на вопрос о том, можно ли рассматривать доменные имена в качестве объектов интеллектуальной собственности. В обоснование такого заключения указывается на то обстоятельство, что п. 1 ст. 1225 ГК РФ содержит исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, не включающий в свой состав доменные имена.

В российском законодательстве, как известно, закреплен закрытый перечень объектов интеллектуальной собственности – объектами интеллектуальной собственности признаются только те, которым законодательством прямо предоставлена правовая охрана. Соответственно результаты творческого труда и приравненные к ним объекты, для которых подобная охрана законом прямо не предусмотрена, не признаются объектами интеллектуальной собственности. При этом в комментариях к ст. 1225 ГК РФ, в которой поименованы объекты интеллектуальной собственности, поясняется: «Причина, по которой в ГК установлен исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, подлежащих правовой охране, вытекает из содержания признаваемых законом субъективных прав на эти объекты, прежде всего из сути исключительного права как “права-монополии”… Вместе с тем круг таких охраняемых правом результатов и средств со временем в законе расширяется. Происходит это главным образом вследствие научного и технического прогресса, предоставления правовой охраны новым объектам такого рода в других странах и на основании международных договоров» 1 .

Вследствие сказанного не соответствуют положениям Постановления № 10 позиции тех судов, которые рассматривают доменное имя, например, в качестве не поименованного в законе средства индивидуализации, трактуя его как квазитоварный знак или квазикоммерческое обозначение.

При этом в последнем предложении абзаца второго п. 33 Постановления № 10 применительно к доменам (наряду с наименованиями некоммерческих организаций н названиями СМИ) указывается: «Права на них подлежат защите на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о способах защиты гражданских прав». То есть, «отказав» доменным именам в признании их объектом интеллектуальной собственности, Пленум Верховного Суда РФ прямо признает, что в отношении доменных имен у лиц возникают субъективные гражданские права, которые подлежат защите в соответствии со ст. 12 ГК РФ.

Закрепленные в рассматриваемом пункте Постановления № 10 позиции в части, касающейся доменных имен, представляются абсолютно верными, что мной неоднократно обосновывалось ранее 2 . На мой взгляд, как и первое, второе разъяснение является весьма важным, поскольку на сегодняшний день на практике наблюдается некоторый перекос: в условиях, когда за правами на товарный знак признается бесспорная экономическая значимость, права на доменное имя выступают в роли в лучшем случае «малоценки» – многие из судей усматривают в содержании прав на домен лишь возможность настроить переадресацию на сайт или иные технические возможности, нередко отрицая за этими правами какую бы то ни было имущественную ценность.

Читайте так же:  Судебные издержки инвалид 2 группы

Вследствие сказанного возможно, прямое отнесение в Постановлении № 10 прав на доменное имя к числу субъективных гражданских прав позволит изменить складывающуюся на практике парадоксальную ситуацию, в рамках которой одни объекты гражданских прав – товарные знаки – априори рассматриваются как имеющие (ничем не обусловленный) приоритет перед другими объектами гражданских прав – доменными именами.

2. Абзац третий пункта 78 Постановления № 10 закрепляет презумпцию, согласно которой «владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт». Эта презумпция является опровержимой: из содержания этого абзаца указанного пункта прямо следует возможность представления доказательств, подтверждающих несовпадение указанных лиц.

Применительно к данному пункту хотелось бы обратить внимание читателей на два момента.

Первый момент – терминологический. На сегодняшний день в отечественном законодательстве существует известное расхождение в наименовании лица, обладающего правами в отношении сайта.

В Федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Закон об информации) используется выражение «владелец сайта в сети Интернет», под которым понимается «лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети «Интернет», в том числе порядок размещения информации на таком сайте» (п. 17 ст. 2 Закона об информации).

Между тем в российской правовой доктрине под владельцем традиционно понимается лицо, осуществляющее соответствующее правомочие в отношении вещей материальных, тогда как в отношении любых нематериальных объектов речь может идти лишь об обладании правами. Поэтому в ГК РФ лицо, обладающее правами на тот или иной объект интеллектуальной собственности, стабильно именуют правообладателем: правообладатель произведения, правообладатель товарного знака и т.д.

В этих условиях было бы оптимальным в Постановлении № 10, посвященном проблематике интеллектуальной собственности, использовать выражение «обладатель прав на сайт», но никак не «владелец сайта».

Второй момент – практический. Как известно, при выявлении факта нарушения интеллектуальных прав в форме размещения на сайте нелегального контента правообладатель далеко не во всех случаях может установить, кто является «владельцем сайта» – на самих сайтах, где размещается нелегальный контент, эта информация нередко отсутствует.

В такой ситуации, исходя из обозначенной в п. 78 презумпции, правообладатель вправе обратиться с требованием о прекращении нарушения его прав к администратору доменного имени, на котором размещен данный сайт. Но здесь правообладатель снова сталкивается с трудностями, поскольку сервис whois, ранее позволяющий получить информацию об администраторе домена (читай – обладателе прав на доменное имя), сегодня подобные данные скорее всего не предоставит, что обусловлено ужесточением требований к предоставлению персональных данных 4 .

3. Пункт 158 Постановления № 10 закрепляет положения, которые в свое время были сформулированы Судом по интеллектуальным правам в одной из своих первых справок – Справке по вопросам, возникающим при рассмотрении доменных споров, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 28 марта 2014 г. № СП-21/4 (далее – Справка № СП-21/4).

В частности, абзац первый п. 158 Постановления № 10, предусматривающий, что требование о пресечении нарушения в виде неправомерного использования имен доменных, тождественных или сходных до степени смешения с товарным знаком, может быть заявлено в виде требования о запрете использования доменного имени определенным образом (например, об обязании удалить информацию о конкретных видах товаров на соответствующем сайте или прекратить адресацию на данный сайт), по сути воспроизводит последний абзац п. 1 Справки № СП-21/4.

Абзац второй п. 158 Постановления № 10 дословно повторяет абзац первый п. 1.1. Справки № СП-21/4, абзац третий п. 158 Постановления № 10 – абзац второй п. 1.1. Справки № СП-21/4.

Абзацы четвертый и пятый п. 158 Постановления № 10 предусматривают те же положения, что содержатся соответственно в абзацах третьем и четвертом п. 1.1. Справки № СП-21/4. Но вместо слов «регистрация доменного имени» в Постановлении № 10 используется выражение «приобретение прав на доменное имя», что, думается, обусловлено позицией, сформулированной в п. 33 Постановления № 10, и позволяет охватить более широкий круг случаев, включая приобретение прав на использование доменного имени на основании договора.

4. Пункт 159 Постановления № 10 также закрепляет положения, сформулированные в свое время Судом по интеллектуальным правам в Справке № СП-21/4. В частности, абзац первый п. 159 Постановления № 10 повторяет положения абзаца первого п. 1.2. Справки № СП-21/4, абзац второй п. 159 Постановления № 10 – абзаца второго п. 1.2. Справки № СП-21/4.

Вместе с тем заслуживает специального внимания абзац третий п. 159 Постановления № 10, устанавливающий следующее: «По ходатайству истца данные об администраторе доменного имени истребуются у регистратора доменного имени в порядке, предусмотренном статьей 57 ГПК РФ, статьей 66 АПК РФ».

Видео (кликните для воспроизведения).

Исходя из того, что ст. 57 ГПК РФ и 66 АПК РФ определяют положения, касающиеся судебных запросов, можно сделать вывод о том, что в комментируемом пункте Постановления № 10 закреплено правило, согласно которому сведения об администраторе домена могут быть предоставлены только по судебному, но не адвокатскому запросу.

Следует заметить, что допустимость представления данных об администраторе домена по адвокатскому запросу вызывала на практике много споров. Координационный центр национального домена сети Интернет в свое время направлял в Роскомндазор запрос о порядке предоставления регистратором этих данных по адвокатскому запросу 5 . Теперь данный вопрос однозначно разрешен в п. 159 Постановления № 10.

5. Пункт 160 Постановления № 10 нацелен на разъяснение вопросов, связанных с применением обеспечительных мер по доменным спорам.

Надо отметить, что эти вопросы в свое время разрабатывались при подготовке Справки о некоторых вопросах, связанных с процессуальным порядком применения обеспечительных мер по доменному спору, утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 15 октября 2013 г. № СП-23/3 (далее – Справка № СП-23/3). Впоследствии они нашли отражение и в п. 49 – единственном пункте, посвященном проблематике доменных споров в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015 г. (далее – Обзор).

Вместе с тем нельзя не заметить, что в абзаце первом п. 160 Постановления № 10 несколько по-иному (по сравнению с абзацем вторым п. 2 Справки № СП-23/3 и абзацем четвертым п. 49 Обзора) описаны обеспечительные меры, которые могут быть применены в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю в доменном споре. В частности, в абзаце первом п. 160 Постановления № 10 указывается, что в качестве обеспечительных мер, направленных на сохранение существующего состояния отношений между сторонами, могут быть введены запреты:

– администратору совершать действия, направленные на отказ или передачу прав администрирования доменного имени, а также на смену регистратора;

Читайте так же:  Исполнение решения областного суда

– регистратору аннулировать доменное имя и передавать права администрирования доменного имени другому лицу.

В то же время абзац второй п. 160 Постановлении № 10, по сути, воспроизводит те положения, которые были сформулированы в абзацах третьем – пятом п. 3 Справка № СП-23/3. Иными словами, в Постановлении № 10 нашла подтверждение позиция, уже сформировавшаяся на практике.

6. Пункт 161 Постановления № 10 также закрепляет положения, сформулированные в свое время Судом по интеллектуальным правам в Справке № СП-21/4: абзацы первый и второй п. 161 Постановления № 10 воспроизводят положения соответственно абзацев первого и второго п. 1.3. Справки № СП-21/4.

Таким образом, можно говорить о том, что в Постановлении № 10 был подтвержден ряд позиций, выработанных судебной практикой. Вместе с тем Пленум Верховного Суда РФ сформулировал также ряд новых положений, на которые было обращено внимание в рамках настоящего комментария.

1 Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (поглавный) / Под ред. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2008. С. 275 (автор – А.Л. Маковский).

2 См., например, Рожкова М.А. Права на доменное имя // Право в сфере Интернета: Сборник статей / Рук. авт. кол. и отв. ред. д.ю.н. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2018. С. 195-223 // URL: https://cctld.ru/files/books/rozhkova_asp.pdf; Рожкова М.А. Об имущественных правах на нематериальные объекты в системе абсолютных прав (часть четвертая – об относительных правах на игровое имущество и абсолютных правах на доменные имена) [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2019. 26 марта. URL: https://zakon.ru/blog/2019/03/26/ob_imuschestvennyh_pravah_na_nematerialnye_obekty_v_sisteme_absolyutnyh_prav_chast_chetvertaya

3 Постановление ЕСПЧ от 18 сентября 2007 г. по делу «Паеффген против Германии» (Paeffgen GMBH v. Germany; applicationno.25379/04, 21688/05, 21722/05, 21770/5).

4 См.: Рожкова М.А. Сервис WHOIS должен измениться в соответствии с Общим регламентом по защите данных Европейского Союза (доклад на семинаре ЕС по нарушениям авторских прав и прав на товарные знаки «Чемпионат мира по футболу FIFA 2018 в России™ — Борьба с контрафакцией и пиратством») [Электронный ресурс] // Журнал Суда по интеллектуальным правам. 2018. № 20 (август). С. 4-10. URL:

5 Воробьев А. Регистратор не обязан предоставлять данные по адвокатскому запросу // URL: https://cctld.ru/ru/press_center/news/news_detail.php? >

Список литературы

1. Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (поглавный) / Под ред. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2008. С. 275 (автор – А.Л. Маковский).

2. Рожкова М.А. Права на доменное имя // Право в сфере Интернета: Сборник статей / Рук. авт. кол. и отв. ред. д.ю.н. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2018. С. 195-223 // URL: https://cctld.ru/files/books/rozhkova_asp.pdf

3. Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 сентября 2007 г. по делу «Паеффген против Германии» (Paeffgen GMBH v. Germany; applicationno.25379/04, 21688/05, 21722/05, 21770/5).

Источник: http://ipcmagazine.ru/legal-issues/comments-on-the-resolution-of-the-plenum-of-the-supreme-court-of-the-russian-federation-no10-regarding-explanations-concerning-domain-disputes

О ПОСТАНОВЛЕНИИ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О СУДЕБНОМ РЕШЕНИИ

Грось Л.А., доктор юридических наук, заведующая кафедрой гражданского процессуального права Хабаровской государственной академии экономики и права.

Наделение Верховного Суда Российской Федерации конституционным правом давать разъяснения по вопросам судебной практики (ст. 126 Конституции РФ), установление особого порядка их подготовки и принятия дает основание для вывода об обязательности их учета при разрешении конкретных гражданских дел с целью обеспечения единообразия в толковании и применении судами норм материального и процессуального права. Иными словами, постановления Пленума Верховного Суда РФ являются актами официального, обязательного для конкретных правоприменителей разъяснения (толкования) правовых норм.

В литературе по конституционному праву, всем отраслям процессуального права, а также отраслям материального права вопрос о правовом значении и роли разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации обсуждается активно, и мнения колеблются от утверждений об их нормативном характере до отрицания их обязательности.

Никакие судебные акты, включая постановления Пленума Верховного Суда РФ, не являются нормативными правовыми актами. Суд — носитель государственной власти, компетенция которого состоит в применении права, а не создании правовых норм. Не меняет сути судебных актов и то, что к компетенции судов общей юрисдикции и арбитражных судов отнесены дела об оспаривании нормативных правовых актов в силу их несоответствия закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Положительное решение суда по такому делу по вступлении в законную силу «влечет за собой утрату силы этого нормативного правового акта или его части, а также других нормативных правовых актов, основанных на признанном недействующим нормативном правовом акте или воспроизводящих его содержание» (п. 3 ст. 253 ГПК РФ). Такое решение является своеобразным актом применения права, которое состоит в сравнительном анализе норм правовых актов различной юридической силы.

Несомненно, что достаточно часто Верховный Суд РФ не ограничивается разъяснением (толкованием) норм материального и процессуального права, в том числе в части применения аналогии закона и права, но и восполняет пробелы и разрешает противоречия в законодательстве (акты Верховного Суда РФ в этой части в литературе называют «правоположениями»), что ненормально. Восполнять пробелы и устранять противоречия в законодательстве должны те, кто творит право. Суд, применяя его, ориентируется на положения ст. 6 ГК РФ: если нет нормы, регулирующей спорное отношение, и невозможно использовать аналогию закона, права и обязанности сторон определяются, исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогии права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Ни Верховный Суд РФ, ни тем более суды других звеньев судебной системы не являются органами, в компетенцию которых входит правотворчество. Разъяснения Верховного Суда РФ о применении норм материального и процессуального права при рассмотрении гражданских дел тем не менее обязательны для нижестоящих судов.

Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление от 19 декабря 2003 г. «О судебном решении», признав одновременно утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 сентября 1973 г. с изменениями, внесенными Постановлениями Пленума позже. В Постановление от 19 декабря 2003 года включены многие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении от 26 сентября 1973 г. с последующими изменениями. С комментарием Постановления от 26 сентября 1973 г. с последующими изменениями выступила в 1999 году Мария Сумбатовна Шакарян (см.: Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам. М., 1999. С. 491 — 502). Многие положения из действующего Постановления вызывают замечания, вопросы и предложения, которыми хочется поделиться с коллегами.

1. Разъясняя суть судебного решения и предъявляемые к нему требования, Пленум Верховного Суда РФ не указал того, что решениями являются акты судов не только первой инстанции. Ими являются апелляционные решения и определения кассационной и надзорной инстанций, вынесенные в соответствии с абз. 3 ст. 328, абз. 4 ст. 361, п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ). К ним в равной степени относятся разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении «О судебном решении». Исключение составляют определения судов надзорной инстанции, вынесенные в порядке п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ, — они не обладают качеством преюдициальности фактов, так как факты в надзорном производстве не устанавливаются. Другие свойства вступившего в законную силу решения, в том числе недопустимость оспаривания в другом гражданском процессе установленных судом надзорной инстанции правоотношений (ч. 2 ст. 209 ГПК), в полной мере принадлежат определениям, вынесенным в порядке п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ. Применяя п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК, суд надзорной инстанции по сути оставляет без изменения мотивировочную часть решения, апелляционного решения, определения суда кассационной инстанции, принятого в соответствии с абз. 4 ст. 361 ГПК РФ, — о доказательствах и фактах, ими установленных.

Читайте так же:  Производство в апелляционной и кассационной инстанции

Перечень федеральных законов, устанавливающих их приоритет над равными законами, можно продолжить: Гражданский кодекс, Трудовой кодекс, Гражданский процессуальный кодекс, Арбитражный процессуальный кодекс и т.д. Интересно, что, ссылаясь на принцип законности, «закрепленный в уголовно-процессуальном праве», формальным выражением которого является УПК РФ, Конституционный Суд в том же Постановлении признал неконституционность ч. 6 ст. 234 УПК РФ. Возникает вопрос: если бы был принят ФЗ РФ, отменивший норму ч. 6 ст. 234 УПК РФ, и при этом не были бы внесены соответствующие изменения в УПК РФ, такой закон не действовал бы? До недавнего времени имела место коллизия между нормами УК и УПК РФ в части определения тяжести преступлений, по которым возможно прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон: в ст. 76 УК РФ были названы преступления небольшой тяжести, в ст. 25 УПК РФ — небольшой или средней тяжести. Несомненна уголовно-правовая отраслевая принадлежность этой нормы, однако суды применяли ее в редакции ст. 25 УПК РФ. Только в декабре 2003 года соответствующее ей изменение было внесено в УК РФ.

Признав в Постановлении от 29 июня приоритет норм кодифицированных нормативных правовых актов над одноотраслевыми нормами, содержащимися в других федеральных законах, Конституционный Суд установил правовую норму, что не входит в его компетенцию.

Введение такой «надотраслевой» нормы, по мнению практических юристов, облегчило бы процесс правопримения. Однако это только на первый взгляд. На вопрос, почему они до внесения изменений в ст. 76 УК РФ применяли норму ст. 25 УПК РФ, юристы-практики отвечают: норма УПК РФ в большей мере защищала интересы лица, привлекаемого к уголовной ответственности, в его пользу следовало толковать коллизию.

3. В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ произошла подмена понятий: обстоятельства, не нуждающиеся в доказывании, сами являются фактами, а не средствами их подтверждения. Исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов, — выводы о правах и обязанностях заинтересованных лиц, указания на которые содержатся в диспозициях и санкциях правовых норм. Исходя из содержания ст. 362 — 364 ГПК РФ, эти выводы характеризуют процесс правоприменения с точки зрения толкования норм, что охватывается в конечном итоге понятием законности судебного решения.

В принципе, обоснованность судебного решения как требование к его содержанию можно выделять лишь условно, необоснованное решение всегда незаконно. Установление фактических обстоятельств дела является стадией применения норм материального и гражданского процессуального права. На этой стадии применяются нормы права в части их гипотез, а в случаях рассмотрения исков о присуждении и заявлений в связи с нарушением прав и свобод субъектов права — и диспозиций норм права. Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, таким образом, — частный случай неправильного применения норм материального или процессуального права. Судебное решение, вынесенное с таким дефектом, незаконно.

4. В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ подтверждено признание прецедента в качестве источника правового регулирования общественных отношений в России — речь о нем идет в подпункте «в» указанного пункта Постановления Пленума Верховного Суда РФ. Для судов России является обязательным толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в конкретном деле. Возникновение однотипной правовой ситуации должно повлечь разрешение, соответствующее толкованию, данному Европейским судом по рассмотренному им делу. Ранее Верховный Суд РФ указал на это в Постановлении Пленума «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации». В соответствии с Венской конвенцией о праве международных договоров от 23 мая 1969 года Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека

Источник: http://www.lawmix.ru/comm/2532

Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по ГК РФ

Пленум Верховного Суда РФ 23 июня 2015 года принял постановление, в котором дал разъяснения по применению обновленных общих положений Гражданского кодекса, которые регулируют вопросы применения гражданского законодательства, правовое положение физических и юридических лиц, объекты гражданских прав, сделки (включая вопросы недействительности сделок), представительство (включая вопросы выдачи доверенности).

Объективная необходимость принятия Постановления Пленума Верховного Суда РФ (пост. Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 (далее — Постановление Пленума Верховного Суда РФ)) вызвана теми изменениями, которые были внесены в гражданское законодательство в рамках реализации Концепции его развития (Концепция была одобрена решением Совета при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009). Эти изменения, предусмотренные законопроектом № 47538-6, вносились в Гражданский кодекс постепенно, в течение 2012-2015 годов (Федеральные законы от 08.03.2015 № 42-ФЗ, от 05.05.2014 № 99-ФЗ, от 12.03.2014 № 35-ФЗ, от 21.12.2013 № 367-ФЗ, от 30.09.2013 № 260-ФЗ, от 02.07.2013 № 142-ФЗ, от 07.05.2013 № 100-ФЗ, от 30.12.2012 № 302-ФЗ).

Суть разъяснений Пленума Верховного Суда РФ

  • самые общие (и самые принципиальные) вопросы применения гражданского законодательства (состав гражданского законодательства, отношения, регулируемые гражданским законодательством, действие гражданского законодательства во времени и т.д.);
  • правовое положение физических и юридических лиц;
  • объекты гражданских прав;
  • сделки, включая вопросы недействительности сделок;
  • представительство, включая вопросы выдачи доверенности.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ также признало не подлежащим применению ряд ранее данных судам разъяснений, включая отдельные пункты совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (пост. Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8), а также постановление Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации» (пост. Пленума ВАС РФ от 10.04.2008 № 22). Соответственно, отдельный интерес представляет вопрос о том, какие именно разъяснения, ранее данные высшими судами, были признаны не подлежащими применению.

В ряде случаев разъяснения носят очевидный характер и напрямую связаны с изменениями Гражданского кодекса. Так, Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 302-Ф3 в указанный документ были внесены изменения, касающиеся уточнения источников гражданского права. Такой источник права как «обычай делового оборота», неразрывно связанный с предпринимательской деятельностью, был «расширен» до «обычая», который может применяться и в иных отношениях, например, связанных с определением гражданами порядка пользования общим имуществом. Соответственно этому пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ дает разъяснения о том, что представляют собой обычаи как источники гражданского права.

В некоторых ситуациях Пленум Верховного Суда РФ счел необходимым уточнить ранее данные разъяснения, несмотря на формальное отсутствие изменений в соответствующих законодательных нормах.

Так, никаких изменений не вносилось в статью 14 Гражданского кодекса (самозащита гражданских прав). Однако пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ указывает на то, что «по смыслу статей 1 и 10 ГК РФ самозащита гражданских прав может выражаться, в том числе, в воздействии лица на свое собственное или находящееся в его законном владении имущество. Самозащита может заключаться также в воздействии на имущество правонарушителя, в том случае если она обладает признаками необходимой обороны (статья 1066 ГК РФ) или совершена в состоянии крайней необходимости (статья 1067 ГК РФ)». Одновременно признан не подлежащим применению пункт 9 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 года № 6/8, где говорилось о том, что «самозащита не может быть признана правомерной, если она явно не соответствует способу и характеру нарушения и причиненный (возможный) вред является более значительным, чем предотвращенный».

Читайте так же:  Верховный суд жалоба военнослужащего

Аналогичным образом за последние 20 лет никаких изменений не претерпела статья 15 Гражданского кодекса, содержащая общие положения о возмещении убытков, включающих в себя реальный ущерб и упущенную выгоду. В то же время накопленный опыт применения этой нормы позволил Пленуму Верховного Суда РФ отметить, что:

Позиция Верховного Суда РФ в вопросе недействительности сделок

В связи с этим в ранее применявшемся постановлении Пленума ВАС РФ (пост. Пленума ВАС РФ от 10.04.2008 № 22 (не подлежит применению в связи с принятием комментируемого пост. Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25)) говорилось, что «требование налогового органа о применении предусмотренных статьей 169 Кодекса последствий недействительности сделки, обосновываемое тем, что данная сделка совершена с целью уклонения от уплаты налогов, выходит за рамки полномочий налогового органа, так как взыскание в доход Российской Федерации всего полученного (причитавшегося) по сделке не является мерой, направленной на обеспечение поступления в бюджет налогов». Другими словами, ранее действовавшие разъяснения Пленума ВАС РФ исходили из того, что сделка, совершенная с целью уклонения от уплаты налогов, подпадает под действие статьи 169 Гражданского кодекса. Но при этом у налоговых органов нет оснований требовать взыскания в бюджет всего полученного по такой сделке просто потому, что такое требование выходит за пределы их полномочий.

Эти разъяснения Пленума ВАС РФ в настоящее время утратили силу. Вопросам применения статьи 169 Гражданского кодекса (которая по-прежнему говорит о том, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна) посвящен пункт 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ. В этом пункте содержится перечень таких «антисоциальных» сделок (в целом совпадающий с перечнем подобных сделок по п. 1 пост. Пленума ВАС РФ от 10.04.2008 № 22).

В частности, это сделки, направленные: на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг. Сюда же входят сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

В этом же пункте комментируемого постановления Пленума Верховного Суда РФ указано, что «нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности». Это положение является принципиально новым, и такие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ позволяют утверждать, что в настоящее время налоговые органы лишаются возможности указывать в своих правоприменительных актах, что те или иные сделки, связанные с неуплатой налога, являются ничтожными как противоречащие основам правопорядка и нравственности.

Однако даже если и предположить, что в каких-то пограничных ситуациях сделки, связанные с уклонением от уплаты налогов, и могут рассматриваться через призму статьи 169 Гражданского кодекса, остается вопрос о применении последствий таких сделок. Здесь опять необходимо обратить внимание на существенные изменения в этой статье (169 ГК РФ), которые нашли отражение в пункте 85 Постановления Пленума ВС РФ, где отмечено, что:

  • сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса (двусторонняя реституция);
  • в случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход РФ все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Поскольку закон прямо не предусматривает, что в случае совершения сделки, имеющей целью уклонение от налогов, суд может произвести соответствующие взыскания в доход бюджета, постольку даже квалификация такой сделки как противоречащей основам правопорядка или нравственности не позволяет налоговым органам обратиться в суд с подобным иском.

Изменения в гражданско-правовом регулировании вопросов недействительности сделок влекут за собой и переосмысление правовой позиции ВАС РФ, отраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 6 ноября 2012 года № 8728/12. Там было сказано следующее: «Договор, заключенный неустановленным лицом, не отвечает требованиям закона, поэтому является ничтожным согласно статье 168 Гражданского кодекса независимо от признания его таковым судом». (Здесь необходимо учитывать, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Однако если ничтожная сделка недействительна «автоматически», то оспоримая сделка требует ее признания недействительной судом в определенные сроки и в определенной процедуре.)

В настоящее время статья 168 Гражданского кодекса действует в новой редакции, которая устанавливает, что:

  • сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 73 Постановления Пленума ВС РФ), то есть подлежит признанию недействительной судом по требованию стороны сделки или иного лица, указанного в законе;
  • сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является ничтожной, если это прямо указано в законе. Примеры такого указания приведены в пункте 73

Постановления Пленума Верховного Суда РФ, они относятся к конкретным статьям Гражданского кодекса;

  • ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. При этом пункт 75 Постановления ВС РФ указывает, что под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды, но при этом само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Мы видим, что, с одной стороны, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ не говорится о том, что сделки, нарушающие налоговое законодательство, нарушают публичные интересы. С другой стороны, там же говорится о том, что нарушение сделкой прав публично-правового образования (а неуплата налогов очевидным образом нарушает права государства) не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Соответственно, в настоящее время нет оснований говорить о том, что сделки, нарушающие налоговое законодательство, должны рассматриваться (в т.ч. налоговыми органами) в качестве ничтожных. Не случайно в пункте 77 комментируемого Постановления Пленума ВС РФ (т.е. постановления, касающегося применения норм гражданского законодательства) специальным образом указано на то, что «оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством».

Таким образом, комментируемое Постановление Пленума Верховного Суда РФ ориентирует суды на четкое обособление налоговых последствий совершения сделок (которые могут и должны оцениваться налоговыми органами на основе норм Налогового кодекса) от гражданско-правовых последствий тех же самых сделок, вмешиваться в которые налоговые органы права не имеют.

Видео (кликните для воспроизведения).

Источник: http://www.klerk.ru/law/articles/429368/

Постановление пленума верховного суда комментарии
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here